11.03.2020

"Сейчас наибольшую опасность представляет не финансовый, а экономический кризис"

Дмитрий Плеханов рассказал Прайм, почему повторение предыдущих кризисов 2008 и 2014 годов вряд ли возможно

Мировой финансовый кризис, который затронет и Россию, все ближе, но сейчас наша страна готова к нему лучше, чем в 2008 и 2014 годах, считают эксперты. Поэтому нужно приспосабливаться к жизни в новой реальности, делать все возможное для поддержки экономики и не допускать излишней паники.

Российские власти призывают не поддаваться панике на фоне обвала мировых бирж и курса рубля, заверяя, что никаких серьезных проблем не наблюдается, а в случае их возникновения предпримут все необходимые действия. В частности, глава Минфина Антон Силуанов в среду заявил, что его ведомство не считает текущую ситуацию в экономике РФ началом рецессии и не видит оснований для пессимизма. Прогноз по росту ВВП на 2020 год в 1,9% будет достигнут за счет стимулирования внутренней экономики, отметил он.
Однако ситуация, когда нефть в моменте приблизилась к отметке в 30 долларов за баррель, а рубль – к минимумам четырехлетней давности, порождает алармистские настроения в отечественном экспертном сообществе. Аналитическое кредитное рейтинговое агентство АКРА ранее объявило о возможном приближении финансового кризиса, сообщив, что индекс финансового стресса ACRA FSI достиг отметки 3,1 пункта.
За рубежом также господствует пессимизм — пока без лишней паники. Мировые банки, рейтинговые агентства и финансовые организации стабильно ухудшают прогнозы по росту экономики в 2020 году. ФРС США и Банк Англии понизили ключевые ставки на 50 базисных пунктов каждый на внеочередных заседаниях ранее в марте, а глава Европейского центрального банка Кристин Лагард предупредила об угрозе экономического кризиса, сопоставимого с ситуацией 2008 года, если не принять меры в связи коронавирусом.

В Эстонии и вовсе объявили, что страна уже вошла в кризисную фазу — вопрос теперь в том, как свести к минимуму последствия и найти возможности извлечь из ситуации пользу.

ПОВОД ДЛЯ "КРОВОПУСКАНИЯ"

Опрошенные агентством "Прайм" эксперты сходятся во мнении, что вероятность кризиса – как в мире, так и в России — в последнее время действительно выросла, однако отечественная экономика подготовлена к ним лучше, чем в прежние неспокойные годы.

Беспрецедентный объем мировой эмиссии денег не смог сформировать устойчивых долгосрочных ожиданий роста мировой экономики, но зато стал причиной надувания финансовых пузырей, усиливая диспропорции, рассуждает профессор кафедры финансового менеджмента РЭУ им. Г.В. Плеханова Константин Ордов. В этом смысле финансовый кризис неотвратим. Вполне вероятно, мы находимся на его пороге. Решение ФРС по ставке вполне подходит под термин капитуляция, а падение российских акций на 5-25% за один день вполне можно назвать частью финансового кризиса.

Однако на данный момент рост вероятности реализации кризисного сценария – в той или иной степени тяжести – представляется скорее рукотворным и контролируемым, нежели спонтанным и непредсказуемым.

"Вирусы в XXI веке не могут длиться долго, хотя это, вполне возможно, будет зависеть от мировой экономической ситуации, так как коронавирус стал очень удобным поводом для мировых финансовых регуляторов списать под эту сурдинку "кровопускание" финансовых пузырей на фондовых и товарных рынках", — полагает он.

РОССИЯ ОКРЕПЛА

При этом повторение предыдущих кризисов 2008 и 2014 годов вряд ли возможно из-за сокращения зависимости российской экономики от мировой финансовой системы, считает эксперт Института комплексных стратегических исследований Дмитрий Плеханов.
"По сравнению с 2013 годом внешний долг российских компаний и банков сократился в долларовом выражении почти на 40%, а ведь именно резкий отток капитала и угроза увеличения расходов на обслуживание внешних долгов компаний на фоне девальвации национальной валюты являлись основным спусковым крючком кризиса на финансовом рынке", — напомнил он.
Сейчас наибольшую опасность представляет не финансовый, а экономический кризис, который выражается в дополнительном снижении покупательной способности населения и продолжении стагнации внутреннего спроса. Внешний спрос при этом оказывается под давлением из-за резкого ухудшения ситуации в мировой экономике, которая и до наступления эпидемии коронавируса демонстрировала тенденцию к замедлению роста. При этом именно экспорт в значительной степени способствовал восстановлению экономики после кризиса 2014 года на фоне слабого внутреннего спроса.
В текущих условиях экономика России более адаптирована к кризисным процессам (сбалансированность бюджета, значительные резервы, эффективная политика замещения импорта последних лет, качественное усиление администрирования денежных потоков), согласен главный аналитик ПСБ Денис Попов. Таким образом, негативные последствия от текущего стресса должны быть значимо меньше, чем в предыдущие годы, уверен он.

ДЕЙСТВИЯ ВЛАСТЕЙ

В этой ситуации задача финансовых властей — минимизировать негативные последствия финансового стресса на внутреннюю экономику и ограничить вероятность расширения глубины наблюдаемого стресса. Используя инструменты денежно-кредитной и бюджетной политик, власти могут добиться этой задачи.

Часть мер уже задействована – продажа валюты в рамках бюджетного правила, ослабление резервных требований для банков на кредиты в том числе для транспортных и туристических компаний и так далее.
"На наш взгляд, важно в полной мере реализовать финансирование всех бюджетных программ, особенно инвестиционной направленности, а также постараться не допустить значимый рост процентных ставок в экономике", — говорит Попов.
Эксперты уверены, что важно думать не о поддержке отдельных секторов, пусть и самых важных, но об экономике в целом. По словам Ордова, в последние годы российский финансовый рынок мобилизован в ожидании кризиса, валютный и долговой рынки исключают возможность дефолта России, хотя бы (при самом негативном сценарии) ценой девальвации рубля. Но дело не в инструментах борьбы с проявлениями кризиса, а в том, что отсутствуют реальный драйверы роста российской экономики. В этой связи победить финансовый кризис возможно, но это больше будет походить на снятие острой боли без необходимой терапии.

"Долговой рынок для нас остается приоритетным, ибо оттуда могут исходить главные угрозы девальвации рубля. Придется смириться с тем, что российский рынок акций в ближайшие месяцы останется вотчиной спекулянтов, оказывая на инвестиционную привлекательность России негативное влияние. Как ни абсурдно звучит, но вполне вероятно, что скоро мы услышим о необходимости поддержки российского нефтегазового сектора. Если этого не произойдет, то вероятность девальвации резко увеличится", — полагает он.

В худшей ситуации ЦБ будет вынужден поднимать ключевую ставку, что снизит доступность кредитов для реального сектора и окажет давление на темпы роста ВВП, считает финансовый директор финтех-маркетплейса VR_Bank Роман Ромашевский.

Однако ключевым фактором, определяющим динамику ВВП, станет динамика производства в сырьевом секторе: выход из сделки ОПЕК+ позволяет нефтяным компаниям нарастить добычу, но мировой спрос может сократиться и тогда не хватит емкости рынка. В 2019 году сырьевой сектор вырос на 3,1% против 2,3% по обрабатывающим производствам, став главным драйвером роста ВВП, а прогноз на 2020 год по этому показателю пока не понятен.

К КРИЗИСУ ГОТОВ!

Эксперты призывают не паниковать, а адаптироваться к жизни в новых условиях. По мнению Попова, паника будет иметь контрпродуктивные последствия как на индивидуальном, так и на общегосударственном уровне.

"Мы полагаем, что девальвационный фактор в основном отыгран, хотя финансовая волатильность предполагает вероятные колебания курса рубля. Пытаться поймать оптимальную точку входа и точку выхода из иностранной валюты достаточно рискованно. Те, кто уже сформировал свои сбережения в рублевых активах, могут понести достаточные высокие потери от смены валюты в условиях финансового стресса", — говорит он.

Обновленные оценки курса рубля на ближайшие месяцы – колебание в диапазоне 70-75 рублей за доллар. Дальнейшее движение будет зависеть от развития ситуации на рынке нефти, реакции российских денежных властей на финансовый стресс, а также широты распространения коронавирусной инфекции в мире.

Низкие и даже отрицательные процентные ставки, турбулентность фондового рынка, непредсказуемость курса валют, слабый рост или падение располагаемых доходов населения, формирование новой цифровой экономики с новыми профессиями — все это новая реальность. Она требует рационального и последовательного подхода к решению проблем не только возможного ближайшего финансового кризиса, но и жизни после кризиса, который без всяких сомнений пройдет, заключил Ордов.

Подробнее: Прайм

"Сейчас наибольшую опасность представляет не финансовый, а экономический кризис"
Дмитрий Плеханов рассказал Прайм, почему повторение предыдущих кризисов 2008 и 2014 годов вряд ли возможно

Мировой финансовый кризис, который затронет и Россию, все ближе, но сейчас наша страна готова к нему лучше, чем в 2008 и 2014 годах, считают эксперты. Поэтому нужно приспосабливаться к жизни в новой реальности, делать все возможное для поддержки экономики и не допускать излишней паники.

Российские власти призывают не поддаваться панике на фоне обвала мировых бирж и курса рубля, заверяя, что никаких серьезных проблем не наблюдается, а в случае их возникновения предпримут все необходимые действия. В частности, глава Минфина Антон Силуанов в среду заявил, что его ведомство не считает текущую ситуацию в экономике РФ началом рецессии и не видит оснований для пессимизма. Прогноз по росту ВВП на 2020 год в 1,9% будет достигнут за счет стимулирования внутренней экономики, отметил он.
Однако ситуация, когда нефть в моменте приблизилась к отметке в 30 долларов за баррель, а рубль – к минимумам четырехлетней давности, порождает алармистские настроения в отечественном экспертном сообществе. Аналитическое кредитное рейтинговое агентство АКРА ранее объявило о возможном приближении финансового кризиса, сообщив, что индекс финансового стресса ACRA FSI достиг отметки 3,1 пункта.
За рубежом также господствует пессимизм — пока без лишней паники. Мировые банки, рейтинговые агентства и финансовые организации стабильно ухудшают прогнозы по росту экономики в 2020 году. ФРС США и Банк Англии понизили ключевые ставки на 50 базисных пунктов каждый на внеочередных заседаниях ранее в марте, а глава Европейского центрального банка Кристин Лагард предупредила об угрозе экономического кризиса, сопоставимого с ситуацией 2008 года, если не принять меры в связи коронавирусом.

В Эстонии и вовсе объявили, что страна уже вошла в кризисную фазу — вопрос теперь в том, как свести к минимуму последствия и найти возможности извлечь из ситуации пользу.

ПОВОД ДЛЯ "КРОВОПУСКАНИЯ"

Опрошенные агентством "Прайм" эксперты сходятся во мнении, что вероятность кризиса – как в мире, так и в России — в последнее время действительно выросла, однако отечественная экономика подготовлена к ним лучше, чем в прежние неспокойные годы.

Беспрецедентный объем мировой эмиссии денег не смог сформировать устойчивых долгосрочных ожиданий роста мировой экономики, но зато стал причиной надувания финансовых пузырей, усиливая диспропорции, рассуждает профессор кафедры финансового менеджмента РЭУ им. Г.В. Плеханова Константин Ордов. В этом смысле финансовый кризис неотвратим. Вполне вероятно, мы находимся на его пороге. Решение ФРС по ставке вполне подходит под термин капитуляция, а падение российских акций на 5-25% за один день вполне можно назвать частью финансового кризиса.

Однако на данный момент рост вероятности реализации кризисного сценария – в той или иной степени тяжести – представляется скорее рукотворным и контролируемым, нежели спонтанным и непредсказуемым.

"Вирусы в XXI веке не могут длиться долго, хотя это, вполне возможно, будет зависеть от мировой экономической ситуации, так как коронавирус стал очень удобным поводом для мировых финансовых регуляторов списать под эту сурдинку "кровопускание" финансовых пузырей на фондовых и товарных рынках", — полагает он.

РОССИЯ ОКРЕПЛА

При этом повторение предыдущих кризисов 2008 и 2014 годов вряд ли возможно из-за сокращения зависимости российской экономики от мировой финансовой системы, считает эксперт Института комплексных стратегических исследований Дмитрий Плеханов.
"По сравнению с 2013 годом внешний долг российских компаний и банков сократился в долларовом выражении почти на 40%, а ведь именно резкий отток капитала и угроза увеличения расходов на обслуживание внешних долгов компаний на фоне девальвации национальной валюты являлись основным спусковым крючком кризиса на финансовом рынке", — напомнил он.
Сейчас наибольшую опасность представляет не финансовый, а экономический кризис, который выражается в дополнительном снижении покупательной способности населения и продолжении стагнации внутреннего спроса. Внешний спрос при этом оказывается под давлением из-за резкого ухудшения ситуации в мировой экономике, которая и до наступления эпидемии коронавируса демонстрировала тенденцию к замедлению роста. При этом именно экспорт в значительной степени способствовал восстановлению экономики после кризиса 2014 года на фоне слабого внутреннего спроса.
В текущих условиях экономика России более адаптирована к кризисным процессам (сбалансированность бюджета, значительные резервы, эффективная политика замещения импорта последних лет, качественное усиление администрирования денежных потоков), согласен главный аналитик ПСБ Денис Попов. Таким образом, негативные последствия от текущего стресса должны быть значимо меньше, чем в предыдущие годы, уверен он.

ДЕЙСТВИЯ ВЛАСТЕЙ

В этой ситуации задача финансовых властей — минимизировать негативные последствия финансового стресса на внутреннюю экономику и ограничить вероятность расширения глубины наблюдаемого стресса. Используя инструменты денежно-кредитной и бюджетной политик, власти могут добиться этой задачи.

Часть мер уже задействована – продажа валюты в рамках бюджетного правила, ослабление резервных требований для банков на кредиты в том числе для транспортных и туристических компаний и так далее.
"На наш взгляд, важно в полной мере реализовать финансирование всех бюджетных программ, особенно инвестиционной направленности, а также постараться не допустить значимый рост процентных ставок в экономике", — говорит Попов.
Эксперты уверены, что важно думать не о поддержке отдельных секторов, пусть и самых важных, но об экономике в целом. По словам Ордова, в последние годы российский финансовый рынок мобилизован в ожидании кризиса, валютный и долговой рынки исключают возможность дефолта России, хотя бы (при самом негативном сценарии) ценой девальвации рубля. Но дело не в инструментах борьбы с проявлениями кризиса, а в том, что отсутствуют реальный драйверы роста российской экономики. В этой связи победить финансовый кризис возможно, но это больше будет походить на снятие острой боли без необходимой терапии.

"Долговой рынок для нас остается приоритетным, ибо оттуда могут исходить главные угрозы девальвации рубля. Придется смириться с тем, что российский рынок акций в ближайшие месяцы останется вотчиной спекулянтов, оказывая на инвестиционную привлекательность России негативное влияние. Как ни абсурдно звучит, но вполне вероятно, что скоро мы услышим о необходимости поддержки российского нефтегазового сектора. Если этого не произойдет, то вероятность девальвации резко увеличится", — полагает он.

В худшей ситуации ЦБ будет вынужден поднимать ключевую ставку, что снизит доступность кредитов для реального сектора и окажет давление на темпы роста ВВП, считает финансовый директор финтех-маркетплейса VR_Bank Роман Ромашевский.

Однако ключевым фактором, определяющим динамику ВВП, станет динамика производства в сырьевом секторе: выход из сделки ОПЕК+ позволяет нефтяным компаниям нарастить добычу, но мировой спрос может сократиться и тогда не хватит емкости рынка. В 2019 году сырьевой сектор вырос на 3,1% против 2,3% по обрабатывающим производствам, став главным драйвером роста ВВП, а прогноз на 2020 год по этому показателю пока не понятен.

К КРИЗИСУ ГОТОВ!

Эксперты призывают не паниковать, а адаптироваться к жизни в новых условиях. По мнению Попова, паника будет иметь контрпродуктивные последствия как на индивидуальном, так и на общегосударственном уровне.

"Мы полагаем, что девальвационный фактор в основном отыгран, хотя финансовая волатильность предполагает вероятные колебания курса рубля. Пытаться поймать оптимальную точку входа и точку выхода из иностранной валюты достаточно рискованно. Те, кто уже сформировал свои сбережения в рублевых активах, могут понести достаточные высокие потери от смены валюты в условиях финансового стресса", — говорит он.

Обновленные оценки курса рубля на ближайшие месяцы – колебание в диапазоне 70-75 рублей за доллар. Дальнейшее движение будет зависеть от развития ситуации на рынке нефти, реакции российских денежных властей на финансовый стресс, а также широты распространения коронавирусной инфекции в мире.

Низкие и даже отрицательные процентные ставки, турбулентность фондового рынка, непредсказуемость курса валют, слабый рост или падение располагаемых доходов населения, формирование новой цифровой экономики с новыми профессиями — все это новая реальность. Она требует рационального и последовательного подхода к решению проблем не только возможного ближайшего финансового кризиса, но и жизни после кризиса, который без всяких сомнений пройдет, заключил Ордов.

Подробнее: Прайм

Читать дальше

Сформировать заказ ( 0 )